"Четверых детей вряд ли кто-то забрал бы из приюта"

У Виктории Журавлевой шестеро детей. Две кровные дочери — Злата и Полина, а еще четверо приемных детей, двоюродных племянников — Фарход, Камилла, Кира и Руслан.

Как не бояться стать многодетной мамой, как пережить развод и адаптацию, как найти мужчину своей мечты, Виктория рассказывает в интервью фонду "Измени одну жизнь" и в своем блоге.
 

Как дети стали сиротами

…Фарход, Камилла, Кира и Руслан скитались по приютам Самарской области почти с самого рождения. Их то возвращали кровной матери, то вновь забирали в учреждение. Причина была одна — их мать страдала алкоголизмом, дети были без внимания, без еды, без любви.

Виктория с детьми.
 

Однажды мать заперла малышей дома, они играли, подожгли матрас. Еле выбрались из охваченного пламенем жилища. Так две сестры и два брата оказались в приюте. Родная бабушка пыталась забрать внуков, оформить опеку на себя, но после пожара и она осталась на улице.

О том, что четверо двоюродных племянников вдруг стали сиротами, их тетя Виктория Журавлева узнала, когда ей было 28 лет. "Детей я забрала из приюта в июле 2017 года. Фарходу тогда было 7 лет, Камилле — 5, Кире – 4 года, Руслану – 2", — рассказывает Виктория.

"Кровная мать ребят, Варвара, жива. Она страдает алкоголизмом. Насколько мне известно, иногда она приходит к своей матери, просит деньги. Когда я забирала ее детей из приюта, Варвара ждала пятого ребенка. Малыш родился мертвым, как мне сказали, из-за употребления алкоголя матерью. Варвара, кстати, единственный человек среди моих родственников, кто ведет такой образ жизни", — говорит Виктория. По ее словам, Варвара с детьми не общается, не поздравляет ребят с днями рождения, не передает гостинцы через свою сестру или маму, алименты не платит, нигде не работает, выпивает…

"В первое время дети часто вспоминали прошлое, но не все было правдой, — говорит Виктория. – Скорее, это были фантазии. Мы и сейчас боремся с тем, что дети выдают желаемое за действительное. Прошло два года, сейчас они уже ничего из прошлой жизни не вспоминают. У них другие интересы, новые впечатления, и воспоминания отходят на второй план. У них нет образа кровной мамы, потому что с ней они не виделись после прихода в нашу семью. Ей, к сожалению, неинтересны собственные дети",  — рассказывает Виктория.
 

Из Грозного – в Ставрополь, из Москвы – в Самару

Виктория была единственным ребенком в семье. Они с мамой жили вдвоем в Грозном, в Чечне. Спасаясь от войны, мама бежала с трехлетней Викой в Ставрополь. Тогда они начинали жить с нуля в маленькой комнатке общежития. Остальные родственники из Чечни перебрались в Самарскую область… Виктория окончила  в Ставрополе школу, потом получила дипломы учителя информатики и английского языка, а еще экономиста-менеджера.

Работу в Ставрополе девушка найти не смогла, решилась на переезд в Москву. В столице работала в туризме, потом в сфере международной логистики. В Москве она вышла замуж и родила двух дочерей. Однако семейная жизнь не сложилась.

Руслан
Камилла
Кира
Фарход
РусланКамилла

Дети в приюте.


Было очень тяжелое расставание с мужем. Конфликтная ситуация казалась Виктории неразрешимой. В Москве у молодой мамы не было своего жилья, зато были два маленьких ребенка. Чтобы как-то жить, надо было работать, а чтобы работать, надо было с кем-то оставлять детей.

"Это был замкнутый круг. И я не нашла ничего лучше, как написать письмо директору нашей компании и попросить помощи в сложной жизненной ситуации", — вспоминает Виктория. Директор пошел навстречу. И Виктория переехала в Самару, в представительство своей компании.

Она взяла ипотеку, казалось, жизнь понемногу налаживается. Вскоре узнала о судьбе своих двоюродных племянников. Она знала, что где-то в Самарской области у нее есть двоюродные братья, сестры и племянники, но никогда их не видела.
 

Знакомство с будущими  детьми

"Я всегда задумывалась о том, чтобы взять ребенка из приюта. Но мой бывший супруг был против. Возможно, огромный стресс от расставания с мужем я пыталась заполнить детьми… Конечно, мне было очень жалко ребят, но жалость в этом случае  — очень плохой мотив. На нем далеко не уедешь. Я понимала, что четверых детей вряд ли кто-то забрал бы из приюта. Их чаще всего не разделяют, поэтому братья и сестры обречены на вечные скитания по приютам", — говорит Виктория.

По ее словам, У Фархода были определенные проблемы со здоровьем. До пяти лет мальчик не разговаривал, ему ставили глубокую умственную отсталость. Очередь из приемных родителей на такой "паровозик" не стояла.

На первой встрече в приюте. 
 

Дети отнеслись к Виктории с недоверием при первой встрече. Они ничего не знали о своей двоюродной тете, ни разу ее не видели. Да и вообще, почти не имели представления о родственниках.

"Они подумали, что я — некая тетя, которая хочет их забрать. На контакт со мной пошли только девочки. С Фарходом было тяжело общаться, потому что у него была сильно нарушена речь. Я вообще не могла разобрать, что он хочет сказать, благо остальные дети мне "переводили" его слова. Они каким-то образом понимали брата. Руслан тоже не шел на контакт, на руки не лез, просто возился с игрушками. Я привезла на первую встречу сладости, они распаковали коробку. И все", — рассказывает Виктория.

Она говорит, что "розовые очки, присущие всем начинающим приемным родителям, "разбились" сразу же, в эту первую встречу.

"Я думала, что дети будут немного другими, более контактными, что ли. Меня сильно расстроил Фарход. Как же с ним дальше общаться? Он не вызвал сильную симпатию в первый день. Руслан был сам по себе… А вот девочки понравились сразу же. Тем не менее, решение я приняла. Взяла детей в семью".

Страхов, говорит приемная мама, у нее не было до того момента, как она взяла четверых детей. "Потом — даже тяжело вспоминать, захлестывало отчаяние, но я все равно старалась справиться", — признается она.
 

Адаптация и передышка

Дети пытались вести себя ровно так, как в детдоме: проверяли, что лежит в шкафах, брали без разрешения любые вещи. У ребят не было элементарных понятий о гигиене. В ШПР Виктории говорили, что с детьми нужно расставлять границы, свободу давать во всем нельзя.

Адаптация была очень тяжелой, но сейчас ребята привыкли к новым условиям.
 

"Между нами были столкновения интересов, в особенности с Фарходом, — делится воспоминаниями Виктория. —  У него был зверский аппетит, я просто не успевала приготовить еду. В резерве постоянно были печенье и сухарики — для перекуса. В конце концов, мне пришлось повесить на холодильник график приема пищи в семье, что вызвало протест у мальчика. Он говорил, что мама им раньше много готовила, буквально кастрюлями, что, конечно, было неправдой. Вообще у детей было ложное представление о семье. Они думали, что семья – история про постоянные сладости, плюшки, но никак не про обязанности. Сейчас у нас нет расписания приема пищи, дети привыкли к обычному режиму, зверский аппетит пропал".

Приход в семью приемных детей стал определенным стрессом для кровных дочерей Виктории.  Старшие дети начали брать игрушки без спросу, даже отбирать. Девочки очень переживали.

"Я поговорила с дочками и объяснила им, что новые ребята также стоят друг за дружку, как и вы. Они так выживали в детдоме, но сейчас мы не в детдоме, мы — семья. И дети все поняли. Сейчас все хорошо, уже не ссорятся, наоборот, даже привязаны друг к другу", — говорит приемная мама.

Когда адаптация была в самом разгаре, Виктория поняла, что находится на грани нервного срыва. Стресс на работе в связи с переходом в другой отдел, проблемы со здоровьем, непростая обстановка дома из-за постоянных истерик детей, — ситуация казалась безвыходной. С детьми помогала справляться няня. Виктория получила небольшую передышку.


Вскоре у Виктории состоялась встреча с Александром, с которым она познакомилась в сети. В анкете на сайте знакомств она честно написала, что у нее шестеро детей. Но мужчину это не отпугнуло, а, скорее, заинтриговало. На первое свидание Александр арендовал минивэн и отвез Викторию с детьми погулять на набережную, в парк, в кафе.

Отношения сложились не сразу. Виктория и Александр присматривались друг к другу. Мужчина взвешивал, сможет ли взять на себя ответственность за такую большую семью. Но в итоге чувства к Вике оказались сильнее страхов.

"Его родители прекрасно относятся ко всем детям, они рады за нас. Сейчас мы планируем строить дом, так как нам очень тесно в трехкомнатной квартире", — рассказывает многодетная мама.

Вообще, люди реагируют по-разному, узнав о том, что у Виктории есть приемные дети. "Многие думают, что мы живем за счет приемного родительства, очень удивляются, когда я называю небольшую сумму, которую получаю на содержание племянников. В основном все относятся к нам как к обычной многодетной семье", — говорит она.
 

Советы будущим приемным родителям

  1. Если вы берете детей-родственников, то готовьтесь к постоянным колебаниям в их поведении. Для меня главным открытием стала длительность адаптации. Это гораздо более длительный процесс, чем я предполагала. Нужна постоянная работа над собой.
  2. Вы должны быть сильными духом. Приемное родительство обнажает собственные детские травмы.
  3. Родитель может быть не только добрым, любящим, но еще и строгим в определенных ситуациях.

"Приемное родительство проверяет человека, — уверена Виктория. — Люди решаются стать приемными родителями в порыве доброты. Это, безусловно, прекрасно, но такой шаг требует объективной оценки собственных сил и ресурсов".

Все фото — из семейного архива Виктории Журавлевой.

Тэги истории:
Приют
Самарская область
БФ "Измени одну жизнь"
Содействует кардинальному уменьшению количества детей, лишенных попечения родителей и находящихся в детских учреждениях.

Истории

Другие истории организации

Все истории
Истории
"Все мы стали чуть более ласковыми"

Видеоанкету будущей дочки я увидела на сайте фонда "Измени одну жизнь".